Этот сайт использует файлы cookie. Продолжая пользоваться данным сайтом, Вы соглашаетесь на использование ваших файлов cookie.

Здравствуйте, братушки? Никола Крастев – о русских и Болгарии

Здравствуйте, братушки? Никола Крастев – о русских и Болгарии

Мои ровесники, чье детство прошло в Болгарии 1970-х, с содроганием вспоминают стихотворение "Здравствуйте, братушки!" крестного отца болгарской словесности Ивана Вазова. В школе "Братушек" заставляли учить наизусть, а тем, кто пытался сачковать (как я, например), непреклонная "другарка" Груева выставляла жирную "пару" в журнале.

В толковом словаре Дмитрия Ушакова "братушка" трактуется как ироническое обращение русских солдат к южным славянам во время русско-турецкой войны 1877–78 годов. Однако Вазов разворачивает "братушку" на 180 градусов и использует этот термин в качестве обращения болгарского населения к русским солдатам. Расчет Александра II – мощным ударом по ослабленной Османской империи расширить сферу влияния России – был сугубо практическим, однако та война привела еще и к обретению Болгарией государственности и независимости. В этом контексте восхищение болгарского народа русскими войсками, "братушками", было неподдельным. От стиха к слову, от слова к действию – "братушка" прочно вошел в обиход болгарского языка.

После прихода к власти в Болгарии коммунистов (1944) "братушку" имперской России пришлось подстраивать под советского солдата. В 1950–60-е годы болгарские каменщики вытесали несметное количество гранитных "братушек", самым известным из которых стала 11-метровая статуя советского солдата над Пловдивом, известная по имени "Алёша". После падения коммунистического режима в 1989 году было сделано несколько попыток снести Алёшу, но все они были успешно отражены "красными старушками", сторонницами компартии, для которых "Алёша" – это ностальгические воспоминания о пионерских лагерях и комсомольской молодости. Прототип "Алёши", Алексей Скурлатов, русский связист 3-го Украинского фронта, неоднократно приезжал в Болгарию, в последний раз в 2010 году (он скончался тремя годами позже). После распада соцлагеря "братушка" как языковое понятие быстро утратил идеологическую нагрузку, а болгарским миленниалам это понятие и вовсе незнакомо.

Культуролог Димитрина Попилиева считает, что слово "братушка" в современном болгарском языке лишено содержания, поскольку оно давно устарело и потеряло первоначальную смысловую нагрузку: "Я не могу сформулировать свое отношение к русским, используя это слово. У меня немало русских друзей, но для меня они – друзья. Ни в коем случае не братушки". Дочь г-жи Попилиевой, Василена, родилась в 1990-х, и для нее слово "братушка" лишено идеологической окраски: "В последний раз, кажется, я слышала это слово на уроках истории, помню, что и учительница сама себе не очень верила. Среди моих ровесников отношение к русским такое же, как и к другим иностранцам: есть и хорошее, есть и не совсем хорошее. Несколько лет назад большой интерес в Болгарии вызывала звездная теннисная пара Мария Шарапова – Григор Димитров, но это, кажется, старая новость". Шарапова и Димитров расстались в 2015 году.

Антони Георгиев, болгарский журналист и фотограф, указывает на то, что одним из принципов коммунистической пропаганды в Болгарии была идея "вечной" дружбы Болгарии с Советским Союзом в целом и с Россией в частности. Чтобы сгладить несостыковки между Россиями имперского и советского образцов, была сфабрикована хитрая уловка, которая широко использовалась журналистами, в литературе и искусстве. Советская Россия была представлена как естественный наследник имперской России, которая вела войну с Османской империей. В пропагандистских целях разница между имперской Россией и Советским Союзом стиралась, имперский русский солдат с любовью назывался дедом Иваном, а красноармейцы – братьями или братушками. В болгарском социалистическом искусстве имперский русский воин часто изображался как пожилой мудрец, дающий советы молодому, энергичному и всегда улыбающемуся советскому солдату.

Основная идея, которую успешно впихнули в головы нескольких поколений болгар и которая отчасти продолжает определять их отношение к России сегодня, заключалась в том, что русские были "двойными освободителями". По сути, все сводилось к представлению о том, что Болгария была маленькой, никчёмной страной, от которой ничего не зависело, но зато она была единственным верным другом Большого Брата с северо-востока. Неудивительно, что такое представление породило немало политических шуток во времена социализма. Таких, например, как серия анекдотов про смекалистого школьника Иванчо.

Учительница входит в класс и спрашивает учеников: "Какую нацию в мире мы любим больше всего?" Иванчо немедленно встает и отвечает: "Русских!" – "Молодец, Иванчо! А почему?" – продолжает учительница. "Потому что они освободили нас дважды!" – "Правильно, Иванчо! А какую нацию мы ненавидим больше всего?" – продолжает учительница. "Американцев!" – быстро отвечает Иванчо. "Верно, Иванчо! А почему?" – спрашивает учительница. "Потому что они нас еще не освободили!"

Вспоминается и такой анекдот: нашли болгарин и русский клад. Русский похлопывает болгарина по плечу и говорит: "Ну, братушка, будем делить как всегда – по-братски". Болгарин отвечает: "Нет, в этот раз поровну".

Рафаэло Казаков, болгарский фотограф в Нью-Йорке, вспоминает, что воспринимал слово "братушка" только в саркастическом плане, как образец советского языка: "Я регулярно валял дурака на уроках русского языка в школе, о чем сейчас жалею, поскольку Ахматову и Булгакова приходится читать в переводе. Среди американофилов в Болгарии было распространено неприязненное, чванливое отношение к русской культуре, вызванное активной пропагандой советского образа жизни и навязыванием в школе чувства благодарности к СССР".

Профессор Софийского университета Ивайло Дичев указывает на то, что в современной Болгарии отношение к русским формируется по двум направлениям: "С одной стороны, это уроки истории, которую в болгарских школах преподают по-прежнему идеологизированно. С другой стороны, следует учитывать секторы туризма и недвижимости, в которых русские занимают основное место". По данным Национального статистического института Болгарии, свыше 550 тысяч граждан России отдыхали в стране в 2017 году. Меню на русском языке – обычное явление во многих ресторанах, в Болгарии регулярно выходит газета на русском языке ("Русская Болгария"). "Однако, – отмечает Дичев, – после падения режима появились яростные антикоммунисты, которые по определению настроены против России. Россия в болгарском общественном сознании остается абстрактным образом: у нас мало контактов, мало болгар бывают в России, отсутствует научный обмен и так далее. Однако и русские, в частности, из академической среды, платят нам той же монетой".

В мою бытность гидом советских тургрупп в Болгарии (в 1980-е годы) слово "братушка" упоминалось редко, зато водки разливали много. Среди черноморских "гларусов" (молодых болгарских качков, нацеленных на иностранок) русские "Наташи" и "Маши" считались легкой добычей. Однако "Наташи" и "Маши" XXI века знают себе цену, между ними и стеснительными советскими девушками в ситцевых платьях нет ничего общего, простым болгарским "гларусам" к ним теперь не подступиться.

Классический "братушка" стал элементом прошлого в период горбачевских реформ. В Болгарии стоимость подписки на советские газеты подскочила в разы. Затаив дыхание, я ожидал свежих номеров "Московских новостей" и "Нового Мира", голодными глазами пожирал страницы бывшего самиздата и, разгоряченный красным вином, обсуждал все эти темы с друзьями и родственниками. Когда болгарская цензура заблокировала в 1987 году один из номеров журнала "Огонёк" (тот, где критиковали болгарского лидера Тодора Живкова), в паруса политики подул ветер перемен, а нам стало ясно, что не только "братушка", но и Живков, и Политбюро, и обязательные трудодни, и пионерские лагеря с кострами, и "Кореком" (болгарская "Березка") безвозвратно уходят в прошлое.

Никола Крастев – болгарский журналист, живет в США

Источник: Радио Свобода